Koszyk
Письма к сыну. Честерфилд
Азбука-классика
978-5-389-20591-8
Brak na stanie
17,00 zł
Bez podatku
Historia cen:
Pokaż wykres
Historia cen
Ładowanie…
Письма к сыну
Автор: Честерфилд
Издательство: Азбука, 2022г.
Формат издания: 11,5 х 18 см
Количество страниц: 448
Переплет: мягкийЯзык: русский
ISBN: 978-5-389-20591-8
*
Филип Дормер Стенхоп, 4-й граф Честерфилд — английский государственный деятель и публицист. Изданные после его смерти «Письма к сыну» — великолепный образец эпистолярной прозы XVIII века. Эти письма не были предназначены для печати. Не имея законных детей, Честерфилд на протяжении долгих лет писал своему незаконнорожденному сыну — тоже Филипу Стенхопу (второму). В них Честерфилд давал сыну полезные практические советы для успешной великосветской и государственной карьеры. Публикация писем поначалу шокировала современников: их содержание многим показалось слишком откровенным, но впоследствии письма неоднократно переиздавались и стали популярным чтением. Они были высоко оценены Вольтером как лучшее из всего написанного о воспитании.
9785389205918
Brak recenzji
Brak dostępnych przewoźników dla tego produktu.
Klienci, którzy zakupili ten produkt, kupili również:
20,00 zł
89,00 zł
22,00 zł
89,00 zł
25,00 zł
Ostatnio oglądane
45,00 zł
Словарь включает около 30 тысяч слов, словосочетаний и значений и охватывает наиболее распространенную сленговую лексику молодежи, различных субкультур, преступного мира. Представлен и сленг, к которому прибегают пользователи Интернета.
Podręczniki - pozostałe
О русских фильмах по-русски. Пособие по развитию речи
Opracowanie zbiorowe
978-5-88337-298-7
69,00 zł
В пособии представлены методические материалы для учебнеой работы с девятью советскими и российскими фильмами
19,00 zł
Студент Девин Джонс, решивший подработать в парке развлечений "Страна радости", внезапно словно попадает в своеобразный параллельный мир
25,00 zł
«Так кто же кого убил?» Именно таким вопросом задается писательница Ариадна Оливер.
18,00 zł
Печальная и яростная повесть, несколько "вкрадчивая" тихой своей тональностью, как и все другие повести Распутина, и оттого еще более потрясающая глубокой трагичностью