Добро пожаловать на перепутье судьбы, где открываются по Слову таинственные двери в иные миры, а будущее, предсказанное великой колодой Таро, может быть изменено, но цена тому будет страшной
"Моя переписка с Москвой была своего рода концептуальным проектом - это был некий безумный почтовый эксперимент по преодолению государственных границ", говорит в одном из эссе этой книги Зиновий Зиник, эмигрировавший из России в 1975 году, когда железный занавес еще не рухнул.
"Крупнее Цветаевой в нашем столетии нет поэта", - сказал о Марине Цветаевой Иосиф Бродский. Она не принадлежала ни к одной поэтической школе, не признавала литературных влияний - только человеческие. "Одна "за всех" и одна "противу всех". Не заботясь о границах дозволенного, Цветаева впустила в поэзию стихийное начало.